Опережает свое время или просто опасен?

В начале 1950-х годов группа конструкторов посчитала, что было бы неплохо не только спроектировать, но и построить сумасшедшую штуковину под названием de Lackner HZ-1 Aerocycle. Зачем они ее построили?

Разработанный в ответ на идею создания одноместных летающих платформ, HZ-1 задумывался как высокомобильное военное разведывательное и транспортное средство для использования на долгожданном в то время «атомном поле боя».

Опасная на вид идея

Конструкция HZ-1 включала уникальную систему управления. Или, точнее говоря, метод управления, основанный на новой на тот момент концепции, известной как «кинестетический контроль». Его придумал Чарльз Х. Циммерман, авиационный инженер из Национального консультативного комитета по аэронавтике (NACA).

Если имя Циммермана вам знакомо, то вы, вероятно, поклонник Vought. Или, может быть, вам просто нравятся действительно странные штуки с крыльями. Он спроектировал Vought XF5U «Flying Flapjack» и его предшественника V-173 «Flying Pancake» для ВМС США в начале 1940-х годов.

Отлично, теперь я голоден и мне пора в IHOP…

Концепция Циммермана «кинестетического контроля», ну… если вы хотите подробного объяснения, вам следует погуглить, потому что я недостаточно умен, чтобы писать о таких вещах. Но в двух словах, это все об использовании естественных физических наклонностей человеческого тела в качестве системы управления полетом.

Именно здесь некоторым людям в то время пришло на ум слово «сумасшедший».

Идея странная, но простая… верно?

HZ-1 Aerocycle приводился в движение 15-футовыми парными роторами противоположного вращения, приводимыми в движение подвесным двигателем Mercury Marine мощностью около 40 лошадиных сил. На руле имелся поворотный дроссель, похожий на тот, что вы найдете на мотоцикле.

Шасси состояло из пяти резиновых воздушных подушек. Это четыре небольших мешка, прикрепленных к концам штанг, расположенных в конфигурации «X» и выступающих горизонтально из основной конструкции транспортного средства, с пятым, большим мешком, расположенным непосредственно под основной конструкцией.

Он даже может приземлиться на воду…возможно, однажды

Мешки также выполняли функции плавучих устройств, позволяя HZ-1 садиться на воду, хотя, вероятно, только при спокойном состоянии моря. Позднее мешки были заменены на установку салазок, которая используется на многих вертолетах.

Всего в нескольких дюймах над вращающимся лезвием

Пилот стоял на крошечной платформе, установленной прямо рядом с двигателем и прямо над роторами. Его тело было свободно прикреплено к основной конструкции аппарата страховочным тросом, а его ноги удерживались на месте ремнями.

Вот где вступает в дело кинестетика: основным средством маневрирования транспортного средства было смещение распределения веса. Естественные чувства тела, которые обеспечивают нам хороший баланс и равновесие. Считалось, что это также даст пилоту HZ-1 возможность поддерживать эффективный контроль направления транспортного средства.

Итак, если оператор наклонится вперед, машина слегка наклонится вперед, и роторы будут толкать машину вперед. Наклонитесь влево, двигайтесь влево. Вправо…

Все просто, да?

Поскольку HZ-1 был разработан с учетом всех этих кинестетических особенностей, он предназначался для использования неопытными пехотинцами, которые прошли минимальную подготовку по его использованию… около получаса.

ррождение жеребенка нового поколения

Отбросив юмор, нельзя не признать, что HZ-1 представлял собой логический следующий шаг в продолжении эволюции архаичной конной кавалерии. Сначала мы заменили наших конных друзей мотоциклами, затем перешли на легкие танки и другие бронированные боевые машины. Почему бы не продвинуться дальше, в воздух с чем-то вроде механической летающей лошади?

Первоначальный прототип, названный DH-4 Helivector, был разработан Льюисом С. Маккарти-младшим из de Lackner Helicopters Inc. в Маунт-Верноне, Нью-Йорк. DH-4 впервые поднялся в воздух в ноябре 1954 года. Второй прототип, обозначенный DH-5, впервые поднялся в воздух в январе 1955 года на Бруклинском армейском терминале (BAT), Нью-Йорк.

Помимо пилота, Aerocycle мог перевозить не менее 120 фунтов груза, мог развивать максимальную скорость 75 миль в час. Он имел дальность полета около 15 миль и мог оставаться в воздухе около 45 минут. Сообщаемый максимальный потолок составлял 5000 футов, но… ну… зачем кому-то захочется поднимать эту штуку так высоко, мне непонятно.

Во время первоначальных испытаний в BAT Aerocycle показался довольно многообещающим, и армия заказала двенадцать образцов для дальнейшей оценки под обозначением YHO-1 (вскоре переименованный в HZ-1). Испытания продолжались в BAT и других близлежащих местах, прежде чем программа была перенесена на армейский аэродром Фелкер в Форт-Юстисе, штат Вирджиния, в 1956 году.

Как будто пытаешься объездить Бронко

Дальнейшие испытания выявили некоторые недостатки, наиболее заметные из которых — проблемы с работоспособностью HZ-1. Главным летчиком-испытателем в Форт-Юстисе был капитан Селмер Сандби, опытный пилот вертолета, который обнаружил, что HZ-1 гораздо сложнее контролировать, чем предполагалось.

Полеты HZ-1 редко обходились без происшествий, были полны толчков и подпрыгиваний, а также резких и нерешительных маневров. Управление имело решающее значение, и требовалась универсальность в технике. Нужно было быть одновременно тонким и агрессивным, в зависимости от ситуации.

У Сундбю были сомнения относительно того, смогут ли неопытные пехотинцы, которые никогда раньше не летали, вообще безопасно управлять аэроциклом, не говоря уже о получасовом инструктаже. Как оказалось, и у других были похожие сомнения. В том числе и в СМИ, о чем свидетельствует эта вырезка из газеты 1956 года:

Помимо опасностей, которые такие трудности с управлением могли добавить к и без того крайне опасной боевой ситуации, существовали также существенные проблемы безопасности, вытекающие из самой конструкции транспортного средства.

По крайней мере, две аварии произошли во время испытаний, вызванных взаимозацеплением двух противоположно вращающихся роторов этого типа. Ваш автор не уверен, какой именно «упс» показан на фотографии ниже, но в обоих случаях роторы сгибались, ударялись друг о друга и разбивались, что приводило к неизбежному падению и кратковременному, но крайне нежелательному переходу режима полета для пилота. Один инцидент произошел на высоте сорока футов, и капитан Сундбю сломал ногу.

Бросающие всадники

Вот вырезка из газеты, в которой приводятся подробности другого инцидента, произошедшего в 1957 году. Пилотом этого полета был профессор Эдвард Секкель с кафедры авиационной техники Принстонского университета, штат Нью-Джерси.

После долгих исследований и испытаний в полномасштабной аэродинамической трубе в исследовательском центре Лэнгли, штат Вирджиния, были выявлены другие недостатки, включая проблемы со стабильностью. Но первопричину проблемы со столкновением ротора определить не удалось, и программа в конечном итоге была закрыта.

Победа, место или шоу? Ставки не принимаются.

Другой причиной его упадка было то, что HZ-1 Aerocycle оказался гораздо менее полезным, чем надеялись. Вертолеты значительно повзрослели с ранних яйцесборщиков предыдущего десятилетия и теперь стали гораздо более эффективным и действенным средством обеспечения воздушной мобильности на поле боя.

На видеозаписи видно, как целые стаи вертолетов Bell UH-1 Huey сбрасывают пехоту в зеленом камуфляже и с винтовками М16 на горячую площадку высадки посреди пышной зелени юго-восточной Азии. Под звуки грохочущих лопастей винтов, треска стрелкового оружия, едва различимых радиопереговоров, прорывающихся сквозь помехи, и песню Stones «Paint it Black» на заднем плане.

Дни одноместной летающей платформы прошли, исчерпав себя менее чем за десятилетие. Аэроцикл HZ-1 оказался просто непрактичной идеей, которая продвинулась так далеко, во многом, благодаря своей новизне и необходимому человеческому любопытству.

Многие дороги к успеху проложены по тропе неудач. И в конце концов, Aerocycle был отброшен, чтобы освободить место для более великих вещей.

Аэроцикл HZ-1 все еще имеет свое место в истории

Всего было построено четырнадцать аэроциклов, и только два из них сохранились до наших дней: один находится в коллекции Музея транспорта армии США в Форт-Юстисе, а другой — в Музее авиации и космонавтики Эвергрин в Макминнвилле, штат Орегон.

Подумайте об этих двух выживших как о напоминании о том, что, хотя гениальность часто сочетается с некоторой долей безумия, в конечном итоге именно эта безумная идея оказалась именно такой — чертовски безумной.